- Марина Павловна!

Она медленно поворачивает голое лицо, показывая его со всех сторон.

- Мы же друзья, не правда ли? Потому я и позволяю себе говорить начистоту. Ведь не по любви...- Карлинский понизил голос, за соседним столиком двое молодых людей сосредоточенно лакали коньяк...- то есть не из любви к родине и коммунизму вы пошли замуж? Вы, такая умная и такая красивая... Ведь вы красивая?

- Красивая,- слегка посмеиваясь, подтвердила Марина.

- И умная.

- И умная.

- Люблю беседовать с вами. Как будто ешь перец в томате. И кафе располагает к откровенности. Колорит!..

Юрий повел подбородком, приглашая оглядеться по сторонам. Молодой человек за соседним столиком упрямо твердил:

- Обожаю звон бокалов.

А его товарищ перекрестился куском ветчины, воздетым на вилку, проглотил и внушительным тоном добавил:

- Тело женщины - это амфора, наполненная вином.

- Не пора ли наполнить и наши амфоры? - спохватился Карлинский.Только за что же нам выпить? За идеалы, о которых вы так старательно умалчиваете?

Марина пожала плечами:

- Не умею разговаривать на отвлеченные темы, Юрий Михайлович.

- А на интимные?

- Тем более.

- Да-а-а. Вы склонны к загадкам. Каждая красивая женщина, между прочим, хочет казаться таинственной. Однако с нами, Марина Павловна, опасно откровенничать. Вы все слушаете...

- Слушаю

- Смотрите, запоминаете, а потом...

- Нет, я не все запоминаю, но понимаю я все.

- А я вот многого не понимаю.

- Например?

- Взять хотя бы вашу красоту. Как вы можете...

- Как я могу, умная и красивая, жить с моим мужем? Вы это хотели сказать?

Карлинский замер. Мягко ступая, оскалив мордочку, зверь шел прямо на него. Черно-бурая лиса, песец, куница, о мой долгожданный серебристый соболь! Молодые люди за соседним столиком уже объяснялись в любви: