Трофимов стал внимательней следить за своим поведением - не проявятся ли в нем отклонения от нормы?- чтобы самому первым заметить их и немедленно устранить. Но ни в этот день, ни на следующий ни малейшей странности не обнаружилось. Разве что один поступок, который удивил всех, но зато для самого Трофимова был совершенно понятен,- Виктор Васильевич упросил начальников перевести его с ленивой, спокойной студийной работы в суматошный отдел новостей. Там он сразу, к своему удовольствию, убедился, что ему, точно так же как в молодости, нравится заниматься оперативными съемками: ездить по городу, наводить видеокамеру "Бетакам" на объект, настраивать фокус изображения; нравится толкаться во взбудораженной толпе репортеров перед дверьми Областного правительства в надежде получить интервью. Со всем этим  Виктор Васильевич справлялся легко,- он, наконец, чувствовал себя вновь полезным. Труд его был вскоре похвален главным редактором, который на телестудии спросил у Трофимова, его ли это кадры транслировались в выпуске новостей?  И удостоверясь, что снимал их Трофимов, сказал одобрительно: "Хорошо, хорошо. Живенько так. Где-то даже, я бы сказал, драматично". "Просто мне подфартило!"- заулыбавшись, ответил Виктор Васильевич; он ответил так не из скромности, а потому что, действительно, элемент удачи в съемке той был...

Что надоумило водителя телевизионного "жигуленка" свернуть с проспекта  Высоцкого на объездную узкую и кривую улицу Толмачева - обычное опасение затесаться в автомобильную пробку, или, и в самом деле, ими управляла фортуна,- этого не решить. Важно только, что в нужный момент они оказались как раз в нужном месте. Перед новостройкой в конце квартала водитель неожиданно тормознул и прокричал репортеру, указывая взглядом наверх: "Коля, смотри!  Смотри!"

- Ух ты!  Давай туда!- закричал Николай.

Виктору Васильевичу, сидевшему на заднем сиденье, через боковые стекла автомобиля ничего не разглядеть было, что происходит, однако он включил камеру и начал ее настраивать к съемке.