ФРЕДЕРИК. Будет.

ДОКТОР. Хорошо. Так. У вас нет денег - во всяком случае, недостаточно для того, чтобы давать людям взятки. У вас нет ни знакомств, ни перспектив, ни необоснованых надежд, ни совести.

ФРЕДЕРИК. Доктор!

ДОКТОР. Уверяю вас, последнее нам на руку.

ФРЕДЕРИК. Но зачем же оскорблять? Я не хуже многих, поверьте.

ДОКТОР. О, конечно, конечно. Так, значит. Что вам известно о достижениях вашей сестры на сегодняшний день? Она ведь уже, по вашим словам, скоро вот уже полгода как правит островом.

ФРЕДЕРИК. Она отменила Закон О Крепостных.

ДОКТОР(улывается). Ага! Так, значит, огурцы болтаются без присмотра?

ФРЕДЕРИК. Э.... Как вы сказали? Огурцы?

ДОКТОР. Так плебеи называют крепостных обычно.

ФРЕДЕРИК. A.

ДОКТОР. Ну, знаете - огурцы. Такие продолговатые, с кожурой, овощи.... Просто удивительно, как у всех политиков, даже высланых, обедневших, и обесчещеных, одна и таже болезнь - отрыв от жизни. Огурцы - нет выражения более употребительного. Так значит, они там без присмотра и ищут работу или озорничают. Это хорошо.

ФРЕДЕРИК. Я восстановлю Закон О Крепостных.

ДОКТОР. В данный момент, это неважно. Важно же то, что патриции наверняка недовольны, хоть и скрывают. На словах они, конечно, признают важность такого понятия как человеческое достоинство, но про себя думают, что лучше было бы, если бы все огурцы были по-прежнему крепостными. Это уже один из способов привлечь их на свою сторону - пообещать им, что восстановите Закон.

ФРЕДЕРИК. Хорошая мысль.

ДОКТОР. Но не достаточно хорошая, чтобы быть вашим главным козырем. Вам нужен могущественный ассистент.

ФРЕДЕРИК. Босой?

ДОКТОР. Нет, конечно. Просто мешок с деньгами вам не поможет. A ассистенту вовсе и человеком не нужно быть. Я вам сейчас продемонстрирую. Постарайтесь не вскрикнуть, когда ее увидите - она не любит шума.