Первый араб. Тогда проводите ее к нашему столику.

Гюнтер. Будьте любезны пойти первым и показать дорогу.

Араб повернулся к ним спиной, и Сю, схватив Гюнтера за руку, бросилась бежать в другую сторону, к выходу. 13. Дорога в горах серпантином вьется над морем. Вечер.

Мчится спортивный белый "Мерседес". Двухместный, без крыши. Он уносит Гюнтера и Сю от преследующего их "Роллс-Ройса" с арабами. А они явно не хотят отставать. И вот уже начинают нагонять.

Машины на сумасшедшей скорости вынеслись на узкую кромку пляжа и мчатся по гальке, сминая зонты, раскидывая шезлонги, разгоняя загорающих. Казалось бы, вот-вот "Роллс-Ройс" настигнет беглецов. Гюнтер внезап

но направляет машину в море. И она поплыла, подняв бурун за кормой. Автомобиль-амфибия.

А "Роллс-Ройс" ткнулся радиатором в воду и застыл.

Гюнтер и Сю хохочут, уходя все дальше в море.

13-а. Море. Ночь.

Белый "Мерседес" недвижно застыл в спокойной, переливающейся лунными бликами воде. Луна ярко светит, сияют звезды в черном небе. Вдали перемигивается огоньками берег.

Сю и Гюнтер, абсолютно обнаженные, лежат на мягких сиденьях.

Музыка тихо льется из радиоприемника, не заглушая рокота воды, чуть колышущей машину-амфибию.

Сю. Сколько ты еще здесь пробудешь?

Гюнтер. А что, уже думаешь о расставании?

Сю. Глупый. Я думаю о том, что мне не хочется расставаться с тобой. Вот уж не предполагала.

Гюнтер. Ну и давай будем вместе до конца каникул. Поедем ко мне в Мюнхен. Там Олимпийские игры. Через неделю - открытие. Ты любишь спорт?

Сю. Не знаю. Если с тобой вместе, то, пожалуй, полюблю.

14. Идут документальные кадры кинохроники.

На священной горе Олимп греческие девушки в туниках древней Эллады зажигают от солнца олимпийский огонь. Ликующие зрители на склонах горы. И среди них мы видим Сю и Гюнтера. Они счастливы. Первый день их любви совпал с таким волнующим зрелищем.