Представляешь себе: я езжу по плантациям на прекрасном коне, у меня пистолет на ремне, легкий карабин в руках. В кожаных ножнах на поясе мачете - длинный широкий нож. Без него никто не ходит в сельву (так у нас называют джунгли), им прорубают дорогу в густых зарослях, а пеоны очищают им плантации от кустарника.

Меня всегда сопровождает "свора цепных собак" - человек 5 - отчаянных и отпетых бандитов, нанятых надсмотрщиками на плантации. Они хорошо вооружены. Их обязанность - пресекать любые попытки неповиновения пеонов, держать их в страхе, наказывать непокорных.

Так, на днях один из пеонов попытался бежать с плантации обратно в свою деревню. Мои "гвардаэспалдас", телохранители, его поймали, к утру привели назад и на глазах у других пеонов расстреляли, чтобы остальным было неповадно бегать. Мне даже не пришлось приказывать - эти ребята свое дело знают крепко.

Конечно, в сельве, а плантации окружены её стеной, много всякой опасной и ядовитой твари, особенно змей. Зато какая здесь охота! И знаешь, самая интересная охота - это охота на людей! Я вижу, ты улыбаешься, но погоди, наберись терпения. У нас в Парагвае все ещё проживают в сельве полудикие и совсем дикие индейские племена. Одно из них называют "лесными людьми", или "людьми каменного века". Живут они в самых непроходимых лесах, чащобах, ходят нагишом. Все их оружие - лук и стрелы. Хотя их убивать официально и запрещено, но наши соседи - помещики не упускают случая поохотиться на них, в то время как они, гонимые голодом, выходят на кукурузные поля за спелыми початками. Когда группу "людей каменного века", на языке гуарани (это второй язык в Парагвае после испанского) их зовут "аче-гуайяки", или просто "гуайяки", окружают, то взрослых убивают, а детей и молодых девушек продают в рабство. Говорят, что из них получается неплохая прислуга.

Так представляешь себе, что и мне в ближайшее время может представиться случай поохотиться на этих "людей каменного века".