- Так... А ты знаешь эту надпись на скалах, которая недавно затоплена поднявшимися водами Сарезского озера?

- Знаю. Там было написано, что: "Я богиня богинь и повелительница богов. И имя мое, и храм мой недоступны для недостойных, непосвященных. Они погибнут едва приблизившись. Посвященным же даю силу и высшее счастье. Они дети мои. Они посланы мною, им поклонитесь". Но кроме того, что "только они, приходящие от полуночи, посвятят вас, если будете вы достойны".

- Понимаешь,- "приходящие от полуночи", значит, с севера, а ведь отблеск, говорят, виден только при северном ветре.

- Ну, хорошо, допустим действительно, где-то в скрытом месте существует капище, где язычники построили храм. И там действительно выход горящих газов. Но как найти? И кто эти посвященные? Огнепоклонники? Ведь еще до недавнего времени на Бартанге существовала секта огнепоклонников "оташпараст"? Но нет, знаешь, это пахнет ерундой...

- Думаешь, ерундой?

- Ага!

- А если не ерунда,- сквозь стиснутые зубы наконец процедил Смуров.

- Думаешь?

- Не думаю, видел...

- Не может быть! Что видел? Пещеру? Пламя? Идолов?

- Да так, котловинка. Как бы карман на хребте... И внутри блестящие красные скалы.

- Красные? Почему красные?

- Не знаю. Думаю обсидиан. И понимаешь, в этой красной как бы стеклянной стене большая ниша или пещера и в ней какая-то фигура. А перед фигурой маленькое озерко и, странное дело, действительно над озерком язык пламени. Правда, днем оно едва заметно. Пламя лиловатое или почти голубое.

- Черт подери! И трудно туда попасть?

- Да, трудно. Я-то увидел сверху с гребня. Но есть какой-то вход со склона. Мой пес Бартанг, когда я лез на скалы, остался внизу и вдруг я увидел, как он появился в этой котловинке у озерка и сразу лег.