— Я мигом, князь, лепёшек испеку.

Утром растолкала нянька крепко спавшего Таро:

— Эй, Таро! Знаешь гору Убагаминэ?

— Конечно, знаю. На вершине её всегда снег лежит.

— Так вот, у Ямамбы, которая живёт на той горе, дитя, говорят, родилось. Отнеси-ка ей лепёшек в подарок. А вернёшься жив-здоров, князь тебе самурайское

— Ладно, схожу.

— Вот невежа! Разве так нужно отвечать? Сложи руки и скажи: «Слушаюсь, всё исполню». Понял?

— Понял.

Нянька уложила лепёшки в коробку и отдала Таро.

— Пойду с княжной прощусь, — сказал Таро.

— Не надо. Княжна ещё спит. Я ей передам. Иди же скорее.

И нянька вытолкала Таро за ворота и засов задвинула.

Стоит Таро за воротами, в затылке чешет.

— Но мне нужно хоть не надолго повидаться с княжной. Да и тыкву надо бы оставить…

Достал Таро тыкву из-за пазухи, взглянул на замок: крепко закрыты высокие ворота — не откроешь.

— А… Ладно! Всё равно скоро вернусь…

И беззаботный Таро, не страшась Ямамбы, не боясь дороги, пошёл к горе Убагаминэ, лепёшки понёс.

Однако чуть стало светать, услышал он позади себя шаги.

— Вот как! А говорили: на эту гору никто не ходит, — удивился Таро.

Оглянулся, видит — идут следом за ним два самурая. Один самый сильный в замке, по прозванию Дайрики Дзимпэй, другой всех лучше мечом владеет, Цуёно Цуётаро прозывается.

— Куда это вы? — спросил Малыш Таро.

Пожали презрительно плечами храбрые самураи.

— Ясное дело куда! На гору Убагаминэ, — говорят они.

— Ямамба грозится снести замок и людей погубить, а ей лепёшки подавай. Не будет ей никаких лепёшек!

— Мы решили расправиться с Ямамбой. Понял?

— Ага, — сказал Таро. — Но Ямамба с горы Убагаминэ пока ничего плохого нам не сделала. Так что, я думаю, можно ей и лепёшек снести.

— Замолчи, ты, козявка! Жди нас тут. Вот прикончим Ямамбу, на обратном пути съедим лепёшки. Как раз есть захотим…