Лопатник приятно, словно средиземноморский бриз, холодит верх живота, привыкая к новому месту обитания. В голове радостно скачет шкурная радость, которую умный русский народ сформулировал в форме четкой поговорки: "Не было бы счастья, да несчастье помогло".

Отойдя от места, куда с завываниями сирен спешили бригады скорой помощи и ментовские спецы, метров пятьсот, Танцор грязно выругался, что с русскими людьми в момент сильных переживаний случается нередко.

Однако самые переживания начались уже потом, на следующее утро, которое уже, собственно, наступало.

***

Придя домой, Танцор, не разувшись и не вымыв рук, скрупулезно исследовал содержимое всех главных отделений и вспомогательных закутков просторного, как офис живущей вольготно фирмы, бумажника. И извлек из его недр:

-- пять с мелочью штук баксов,

-- пластиковую карту Visa, прочитывать имя владельца которой, тисненое латиницей, поленился,

-- еще три каких-то одинаковых карточки,

-- ключи, по-видимому, от какого-нибудь шикарного джипа или лендловера,

-- какие-то сложенные вчетверо листки, на каждом из которых добротный лазерный принтер старательно отпечатал: "Инструкция в"-- 1", Инструкция в"-2", "Инструкция в"-- 3",

-- пять рецептов с весьма подозрительными именем, отчеством и фамилией врача, выписавшего их, которого звали "Иваном Ивановичем Петровым",

-- доверенность на управление автомобилем, и права категории "В".

Понятно, что истинным уловом были лишь пять тысяч баксов. Не так уж и мало, поскольку это почти его годовой заработок. Не считая, конечно, чаевых. И теперь можно будет на пару месяцев взять отпуск, пока у Гиви все не устаканится. Можно будет куда-нибудь смотаться, пожить под пальмами, поплескаться где-нибудь на Гавайях. А там, глядишь, и в Москве погода наладится, и Гиви успокоится, перестанет психовать.