Он устроил там альпийские луга и горы. Не хватало только стада ухоженных коров. Но он так и не решился их там поместить. Позволил себе лишь конюшню с карабахскими жеребцами и псарню с борзыми. Вся движимость, вернее банковские счета, как и полагалось солидным счетам, находились в Швейцарии. Переговоры с банкирами велись через посредников, в которых Гамбар был уверен, как в себе. И все же. Кто может дать гарантию. Никто. Только страховой полис, да и то рекламный. Совсем недавно, наблюдая из окна своего офиса процедуру открытия нового памятника, одному из национальных деятелей новейшей истории, убедился лишний раз в том, что он прав, нужно отчаливать, пока дует попутный ветер. Сценка вызвала удивление, несмотря на близкое знакомство с традициями. На место открытия памятника, где с утра волновалась толпа ликующего народа, прибыло около десяти престижных иномарок. За ними в хвосте прилепилась старая газель. Из иномарок выгрузились под стать иномаркам вальяжные чиновники с круглыми выпирающими животиками, в темных костюмах и галстуках, несмотря на жару. Из газели - двое работяг в чистых комбинезонах и с лопатами. Телефон в офисе продолжал надрываться, а Гамбар не мог оторваться от зрелища. Небольшая команда из чиновников выстроилась на площади и началось представление, побудившее Гамбара принять столь трудное решение. Все чиновники, без исключения, принялись давать двум рабочим, оказавшимся в их распоряжении, ценные указания. Их не смущало численное превосходство над подчиненными. Каждый хотел сказать последнее слово. Появилась бронированная машина, которую ждали все. Вышедший из нее человек в сопровождении охраны, устало проследовал по направлению к памятнику. Все замерли, как на параде, подобрав животы, сверля глазами вновь прибывшего и только двое рабочих продолжали окапывать газон, находившийся рядом с укутанным памятником. Самый главный персонаж этого действа что-то тихо сказал одному из охранников.