Вместо ответа Ши набрала в плоскую грудь воздуха, закашлялась, склонилась над опустевшей чашкой. Приоткрыв рот, слила по бурой от кофейной гущи стенке алую слюну.
- Грааль, - проскрипела она удушливым скрипом, будто наглаживала воздушный шарик - до судорог, зуда и тошноты. Потом поболтала чашкой и проглотила черную смесь.
- Я тебя обманула, - сказала Ши. - Человеком я тоже не хочу быть. Я никем не хочу. Возможно, чем. Скажем, каким-нибудь процессом... или содержанием.
Она лукаво посмотрела на Познобшина.
Брон почувствовал сладостный и жуткий спазм в животе.
- Давай все-таки выпьем, - предложил он снова. - Кажется, мне сегодня повезло.
И ему снова померещилось, что за него разговаривает кто-то другой.
- Клеишь меня? - равнодушно осведомилась Ши.
- Пока не знаю.
- Но это человеческое занятие, не находишь?
- Нахожу. Но теперь начинаю верить, что не всегда.
- То есть?
- Ты же дочка инопланетян. Не каждому человеку захочется клеить.
- Ну, конечно! - рассмеялась Ши. - Плохо ты знаешь людей. Им, бывает, хочется такого... А за кадром - будни. Копни где хочешь, и штык лопаты рано или поздно звякнет, напоровшись на ларец. Откроешь, а там... засохшая роза и пачка гондонов. Ничего высокого. Великая любовь Ромео и Джульетты продолжалась шесть дней. Максимум семь, не помню. Ты об этом знаешь?
Брон отрицательно покачал головой.
- Вот знай. А до нее была другая, столь же пылкая, но Ромео угораздило стать с подветренной стороны, он нюхнул, и - помчался, забыв, что было... А Гамлет был тучен. Боров со шпагой, обиженный на мир жиртрест. Детская злоба, разрядившаяся в пух и прах. А Тристан... В комментариях к Мэлори говорится, что имя его происходит вовсе не от triste.