Там есть такие строки: "Мы убеждены в том, что противозаконные действия "черных беретов" в Риге являют собой репетицию фронтального наступления реакции на конституци-онные права граждан. Не стал ли Дом печати испытательным полигоном вооруженного подавления свободы слова в масштабах страны?"

Теперь мы знаем ответ: да, стал.

Мариша как-то заметила: живем по старым законам, все так, будто ничего вокруг не происходит... беспокоимся о закуске к Рождеству, спорим о моде, а крыша над головой вот-вот рухнет... И я понимаю, что каждый об этом помнит, но все равно и не помнит... Ведь если жить и думать только об этом, можно сойти с ума!

Зима на диво тепла и бесснежна. Был небольшой снежок, но его растопило на пляже, и лишь там, где ступали люди, снег чуть поплотней, остался, так и выделяются на желтом песке белыми яркими пятнами чьи-то следы. А может, и мои собственные, народу тут, и правда, гуляет немного.

Друзья сообщают, санатории совершенно пусты, человек по десять или пятнадцать, или - до полусотни. Но это даже много...

Мой маршрут - до Майори и Дзинтари, где стынут легкие палаточки фотографов, которые, кажется, никогда не меняются. И красные трафареты с названием Юрмалы, воткнутые у кромки воды, на фоне которых люди снимаются, те же самые, только годы - каждый новый год ставится по-разному.

Нынешний - 91.

Странный год. Он только начался, а дня не проходит, чтобы было тут спокойно.

- Вы слышали, в столицы некоторых республик ввели десантников... И в Ригу ввели, и в Вильнюс...

- Зачем же? Мало тут войск?

- Значит, нужно больше!

- Зачем?

- Скоро увидим... Где увидим, в Риге? В Вильнюсе?

Странный год... Странное начало. Даже чайки на пляже кричат необычно, как-то нервно.

Каждый год, что бы ни случилось, я прихожу к этим пляжным фотографам, которые уже знают меня в лицо, и прошу меня запечатлеть. Вроде бы цветной кусок картона, а ощущаешь себя во времени. А не на отшибе.