Сама дешифровка очень короткая: “Магнитный ко 36–37 шпан”. Ниже, через строчку, трактовка шифровальщиков: “Ожидайте провоза (груза) в магнитном контейнере; контейнер (будет) расположен под днищем теплохода в районе 36–37-го шпангоута”. Дешифровку перечеркивает пометка Сторожева красным карандашом: “Володя, м.б. “Норденшельд” или “Лисичанск”? Кажется, обычная контрабанда. “Норденшельд” и “Лисичанск” — два однотипных теплохода смешанной туристской пассажирской линии “Трансбалтик шип лайн”. На линии стоят два рейсовых судна: “Лисичанск” — наш, “Норденшельд” — иностранный. Оба заходят в Таллин с интервалом в пятнадцать дней. Дают туристам возможность осмотреть город и после трехсуточной стоянки идут сначала в Ленинград с такой же стоянкой, затем снова к нам, а потом уходят в Европу и Америку с заходами в инпорты. Подумаем. “Норденшельд” ошвартовался в нашем порту позавчера. И уходит завтра. Или сегодня? Не помню. Значит, на нем привезли контрабанду? И Валентиныч решает “пустить” все это на меня? Ладно. Что бы там ни было, раз это указание Сторожева, надо работать.

— Галочка, спасибо. Я заберу это.

Утвердительный кивок:

— На здоровье.

Я прошел по коридору в нашу комнату. Ант сидел за своим столом и что-то быстро писал. Кажется, дописывал. Вот и явщик. Перед Антом на стуле сидел парень лет двадцати пяти, довольно модно одетый, с красивым лицом — несколько, пожалуй, парикмахерского типа. Как мне показалось, парень сейчас был изрядно подавлен происходящим. По виду этот явщик был типичным мелким фарцовщиком. Людей такого типа спекулянты-валютчики называют шестерками. Обычный их криминал — обмен мелких партий валюты, не более. Кончив запись — как я понял, это были последние фразы, — Ант поднял голову, тряхнул своим шикарным, цвета соломы волнистым начесом и сказал довольно скучным голосом:

— Значит, Горбачев, я правильно вас понял? Каждый доллар вы покупали у иностранцев за два рубля? А сбывали по пять?