Голос Феклы. Да он там.
Агафья Тихоновна. Да где же там?
Фекла (входя). Да ведь он тут сидел в комнате.
Агафья Тихоновна. Да ведь нет его, ты видишь.
Фекла. Ну, да уж из комнаты он тоже не выходил, — я сидела в прихожей.
Агафья Тихоновна. Да где же он?
Фекла. Я уж не знаю где; не вышел ли на другой выход, по черной лесенке, или не сидит ли в комнате Арины Пантелеймоновны?
Агафья Тихоновна. Тетушка! тетушка!
Явление XXIII
Те же и Арина Пантелеймоновна.
Арина Пантелеймоновна (разодетая). А что такое?
Агафья Тихоновна. Иван Кузьмич у вас?
Арина Пантелеймоновна. Нет, он тут должен быть, ко мне не заходил.
Фекла. Ну, так и в прихожей тоже не был; ведь я сидела.
Агафья Тихоновна. Ну, так и здесь же нет его, вы видите.
Явление XXIV
Те же и Кочкарев.
Кочкарев. А что такое?
Агафья Тихоновна. Да Ивана Кузьмича нет.
Кочкарев. Как нет? Ушел?
Агафья Тихоновна. Нет, и не ушел даже.
Кочкарев. Как же, и нет и не ушел?
Фекла. Уж куды бы мог он деваться, я и ума не приложу. В передней я всё сидела и не сходила с места.
Арина Пантелеймоновна. Ну, уж по черной лестнице никак не мог пройти.
Кочкарев. Как же, чорт возьми? Ведь пропасть тоже, не выходя из комнаты, никак он не мог. Разве не спрятался ли?.. Иван Кузьмич? Где ты? Не дурачься, полно, выходи скорее! Ну, что за шутки такие? В церковь давно пора! (Заглядывает за шкаф, искоса запускает даже глаз под стулья). Непонятно! Но нет, он не мог уйти, никаким образом не мог. Да он здесь, в той комнате и шляпа; я ее нарочно положил туда.