В лучах святых очарований Число таинственное шесть. Огонь и кровь в стекле рубина. Ты — чудотворная хвала. Тебя родная плоти глина В огне плененном родила. В кровавом пламени строенья Запечатлев Мою любовь, Благословляю в час хваленья Твою пророческую кровь. Горишь ты, светлый и зеленый, Мой первозданный изумруд. Мои пророческие стоны В твоих надеждах не умрут. Весенним чистым откровеньем Ты твердость камня озарял. Моим земным благословеньем Светись, таинственный кристалл.

Юноша, наточивший нож

Наточил я острый нож. Ты на сталь его дохнешь. Рукоять его возьмешь В освящающую руку, — И кого ни изберешь На пронзающую муку, Будет свято острие, И Твое иль не Твое Нож пронижет тело, — Будет свято дело. Отдает нож Отроку.

Отрок

Острый нож в руке Моей. Он Моей рукою сжат. Он на весь избыток дней Неизменно свят. Тускло блещет сталь В зареве огня, — Острая печаль Смотрит на Меня. Разделять он вечно рад. Разделенье — ложь. Но, пронзив, ты сам поймешь, Что, рукой невинной взят, Непорочен нож. Нож Моей рукою сжат. Сталь ножа остра. Ты пойми Меня, Мой брат, Ты пойми, Моя сестра, — Разделенные давно, Я и Ты — всегда одно. Там, в зеркальности небес, — Бесконечности чудес,