- Тринадцать на борту, считая трех баб и собаку, а сегодня понедельник, - неодобрительно заметил радист Захар Кислов.

- Дерева под рукой нет - постучи по лбу, - сердито сказал Анисимов и трижды поплевал через плечо.

Не помогло.

* * *

Ущербное, бледное от малокровия солнце показало свой горб и скрылось за горизонтом. Несколько часов зари - и наступит ночь. А летчиков, которые любят летать над Арктикой ночью, Анисимов не знал. Приходится летать, что поделаешь, но любить сие занятие - слуга покорный.

Сумерки сгущались, и Анисимов не столько видел, сколько догадывался, что льды Карского моря закрыла поземка.

Точку возврата самолет миновал пять минут назад.

Когда-то, в далекой юности, Анисимова поразили эти таинственные слова точка возврата. В них будто звучало грозное, как набат, предупреждение: "Сделаешь шаг вперед - назад пути не будет. Остановись и подумай!"

Слабый - вернется, сильный - пойдет вперед.

Потом, в летном училище, Анисимов узнал, что точка возврата - всего лишь обыкновенный технический термин: рубеж, с которого самолет при данном запасе топлива, с учетом влияния ветра, может либо возвратиться на аэродром вылета, либо на запасный аэродром.

Но юношеское впечатление было очень сильным, и даже скучноватое, записанное под диктовку определение не снизило торжественного звучания этих, пусть и лишенных прежней тайны, но удивительных слов: точка возврата. Не только в воздухе, как это положено было по инструкции, но и на земле помнил их Анисимов, принимая важные для жизни решения.

Точка возврата - последнее раздумье перед решительным шагом.

Шагнув через точку возврата, ты, как легендарный Кир, сжигаешь свои корабли, переходишь, как Цезарь, свой Рубикон.

Отныне возвратиться обратно тебе так же невозможно, как повернуть вспять время - путь лежит только вперед. Забудь о том, что осталось за тобой, не оглядывайся назад, там никто и ничем тебе не поможет!