- Тогда, sir, было другое время, - сказал он мне, - а теперь другое!..
- Waiter, - закричал несколько подгулявший сиделец, стуча оловянной стопкой по столу, - пинту гафа-наф [пополам (половину пива, половину водки) (от апгл. halfand-half)], да скорее, please! [пожалуйста! (англ.)]
Мой старый знакомый взглянул на меня и пошел за пивом, - в его взгляде было столько унижения, стыда, презрения к себе, столько помешательства, предшествующего самоубийству, что у меня мороз пробежал по жилам. Сиделец стал расплачиваться медью, я отвернулся, чтобы не видеть лишний пенс.
Пдотина была прорвана, - ему хотелось сказать мне что-нибудь о перевороте, низвергнувшем его из "Royal Hotel'я" в "Георга IV". Оп подошел ко мне, без моего зова, и сказал:
- Я очень рад вас видеть в полном здоровье.
- Что нам делается!
- Как это вам вздумалось прогуляться в наши захолустья?
- Дом ищу.
- Домов много, вот тут, пройдя шагов десять направо, да еще другой. А насчет того, что со мной случилось, это, точно, замечательно.
Все, что я заработал с малых лет, все погибло, - все до фартинга... Вы, верно, слышали о типерарском банкрутстве - именно тут-то все и погибло. Я в газетах, прочитал, сначала - не поверил, бросился, как поврежденный, к солиситору [стряпчему, поверенному (от англ. solicitor)] - тот говорит:
"Оставьте всякое попечение, вы не спасете ничего, а только последнее израсходуете, - вот, например, мне за совет потрудитесь шесть шиллингов шесть пенсов отдать".
Ходил я, ходил по улицам - день целый ходил, - думаю, что ж тут делать, со скалы да и в море - самому утопиться - да и детей утопить, - я даже испугался, когда их встретил. Слег я больным - это в нашем деле первейшее несчастие, - через неделю воротился к службе, - разумеется, лица нет, а внутри словно рана не дает покоя. - Говернор раза два заметил: что вид у меня печальный, что сюда, мол, не с похорон ездят, гости не любят печальные физиономии. А тут середь обеда я уронил блюдо,- отроду подобного случая не бывало, - гости хохочут, а содержатель вечером отзывает меня в сторону и говорит: "Вы уж себе поищите другое место, - у нас нельзя служить невоздержному человеку".