Натик Расул-заде

ТРОПИНКА

Тревожное, лучистое, непонятное закралось в душу, крепко там осело и необычайно беспокоило.

Он проворочался в постели всю ночь, выкурил полпачки и только под утро, едва затрепетал над крышей соседнего дома и заструился в окно рассвет, заснул, изнуренный. И приснился ему сон.

Идет он знакомой проселочной тропинкой в свою деревню, а деревня и тропинка, и все .кругом в сонном, серовато-молочном тумане. Идет он и подходит к своему дому. А в доме темно. Стучится в дверь. Тихо. "Мама, - зовет он. Мама, открой. Это я". Но тихо. И потом - дверь и окна пустого дома заколочены...

Он заплакал во сне.

Проснулся поздно. С улицы - разноголосый шум. Гудела голова. Вспомнил вчерашний день- день был тяжелым, напряженным. Стал вспоминать, что предстоит на сегодня. Предстояло очень много, казалось, и не успеть все. Начал прикидывать, что важнее; что прежде всего, что можно отложить на потом, на завтра, перекинуть на других сотрудников, машинально и приблизительно подсчитывая, на что сколько времени потребуется... И тут вдруг вспомнил свой сон. На миг все выскочило из головы. Вспомнил проселочную тропинку в молочном тумане, заколоченный дом без матери... Но за окном светило яркое, майское солнце, и только вчера он получил спокойное, обычное письмо от матери скучаю, давно не приезжал, беспокоюсь, может, приедешь, у меня все хорошо мать не любила длинно писать, и, вспомнив про письмо, он вздохнул, почесал грудь, зевнул, потянулся и бодро поднялся с постели. Раскрыл окно, торопливо сделал зарядку, умылся, побрился, снова умылся, выпил холодного молока и помчался на работу... Машина на ремонте, и пришлось ловить такси-это нервировало, но ездить в автобусе унизительно и оскорбительно-там могли закурить, или плюнуть на пол, водитель мог остановить, где угодно и болтать с приятелем-шофером, а я бы, разумеется, не делал замечаний и нервничал бы про себя ужасно...