Мать Алеши с наступлением теплых денечков усердно навещала одну компанию за другой и целую неделю отсутствовала. И вдруг ее потянуло домой. Она себе это объясняла несколько абсурдно: внезапно пробудившейся материнской любовью. Дома она сразу поняла, что сын не зря спит в носках (там, в носках,деньги). Но Алеша начал вдруг кричать: - Косинус альфа бу-бру-бу... - Алеша, помоги! - закричала во сне Лиза. "Навязалась, как этот... от которого я ее родила!.. Который ушел... только потому, что пенсия у меня по вредности... характера..." Зов, который привел ее сюда, забылся. Новый зов вдруг повел ее в Балатово, к другу, у которого она не была два месяца. Не рассуждая, она ушла по пеленгу. Стало совсем тихо. На солнечной тропинке, которая в ослепительных разрывах фотоэмульсии вилась между холмов, возникли две маленькие фигуры. Они быстро шли вдаль, в перспективу фотографии, затем поднялись к верхнему ее краю, перешагнули и дошли до слова "Родина". Алеша озабоченно посмотрел внутрь буквы О, махнул сестре рукой: - Лизка, лезь первая! И они скрылись в таком уж свете, что пора было открывать глаза и просыпаться. Первая мысль была бодрая: осталось двадцать тысяч. Вчера пошиковали, погуляли, съели полкило колбасы, надо притормозить. Хорошо, что мать родила его, когда не пила. Правда, Алеша не помнил такого времени, но бабушка когда-то говорила... И отец, наверное, не понуждал сильно, уже за это можно дать ему жить дальше, если встретится... Вчера Алеша получил премию за победу на школьной математической олимпиаде - тридцать тысяч. Таисия его поздравила. Алеше в жизни никогда не доставалось ничего хорошего: ни еды, ни возможности с утра до вечера закапываться в математику. Он уже давно ходил разгружать хлеб в булочную... Он от этого не страдал: так вот жизнь складывается. Но когда он не видел Таисию день или два, ему казалось, что он не ел неделю. Сейчас свистну, Таисия выйдет, она мне поможет сэкономить деньги. В походе Таисия готовит медленно, с научным видом, но лучше всех.