Когда их читаешь, странное вокруг творится! Александра услышала еще один стук и все-таки подняла глаза. Это попадали пластилиновые поделки, стоявшие на телевизоре. Стало холодно, они отлипли. Мороз, как всегда, на цветущую черемуху, подумала Александра. Маша и Таисия были наркоманами родительского внимания. Они привыкли всю жизнь получать все более концентрированные дозы этого вещества. Когда папа пристроился помечтать с бутылкой "Балтики", воображая себя добропорядочным бюргером, который с каждым глотком пива вырабатывает гегельянствующие мысли, Маша выпускала стенгазету о русском языке. Она тоже мечтала, но - о выигрыше в триста тысяч рублей, обещанных директором победителю. - Папа, ну у нас же конкурс, вынырни из своего пива.- Она ножницами кромсала взад-вперед ватман (получались удивительные пенистые волны).- Мне нужно название оригинальное - о русском языке. - Виликий и магучий,- с ходу сказал папа.- Как вы не понимаете, что если я отвлекаюсь, то так трудно снова заныривать мыслями в возрождающее пиво? Маша пустилась в гонку рассуждений: "Виликий" - хорошо, "и" зачеркнем, наверху напишем "е", в "магучем" зачеркнем "а"... Папа непросветленно сопел, вытирая с усов пену. - Усы! - чуть не потеряла сознание от озарения Маша.- А мама сказала, что у тебя нет усов... На днях говорили мы об усах... Мама сказала, что она очень любит мужские усы. И с сожалением и с горечью: "А почему-то он уже их не носит. Наверно, молодится, как пошел к новым русским бизнесменкам преподавать..." А ты был на работе! А мы: "Папа же с усами". Но мама натянула все морщины на лоб: "Но я-то лучше знаю!" Папе показалось, что пиво вдруг стремительно сквасилось и превратилось в жидкое удобрение. Потому что Машу сменила Таисия: - Где-то должна здесь Библия быть. А зачем Каин жертвоприношение делал? Богу ведь это не нужно... Тут Александра вернулась с консультации и начала стоя звучно есть свекольный салат. Н°бо у нее было, как купол небесный, с резонансом.