- Мама, а детям работать ведь можно? Машины мыть... я имею в виду мальчикам! - Таисия, мальчикам это особенно вредно: у них дыхание глубже, чем у девочек, они быстрее отравляются. От этого, знаешь, даже дети могут родиться больными. "Мама иногда бывает умная, а иногда нет. А иногда - вообще ничего не понимает, как с жилеткой! Сейчас я спрятала жилетку за тумбочку с телевизором, там электричество, мама не заглядывает. А ведь хочется, чтоб родители были умные кругом, как бывают круглые дураки!!!" Димона что-то прямо тянуло в "Детский мир". Он снова быстрым шагом прошел по первому этажу - мимо заводных танков и самолетов, при этом почему-то устал, словно сделал крюк длиною в один километр. Устал и усталыми глазами стал смотреть на мягкие игрушки. Красивых коров с добрыми глазами из Голландии уже не было. Вместо них появились бегемоты. Нет, ничем не лучше они коров. Вот маленькие трудолюбивые ослики, они Димону понравились, но ведь тоже намек не тот. И снова пошел он к полке с медведями. Видимо, коми-пермяцкий архетип бродил в его генах. Медведь - тотем, покровитель одного из крупнейших коми-пермяцких племен. Он взял медведя в кепке: лихой и в то же время деловитый вид у зверя. Но слишком американист - под ковбоя. Димон заплатил и тотчас перочинным ножом срезал у игрушки маленький пистолет. Мама Таисии была озабочена, что на ее тарелках получаются какие-то идеи деревьев, а не они сами. Она села на скамейку, чтобы наглядеться до насыщения деревом. Дерево было березой. Она вытягивала из себя ветки, по тысячелетней привычке рассчитывая на то, что их будут обламывать на веники для баньки, поэтому старалась изо всех сил. Мама Таисии думала, что надо все эти слова отбросить, чтобы кисточкой показать это усердие дерева... Вот я уже много слов надумала, от них как-то нужно бы избавиться, думала мама Таисии, но тут мама Вероники села рядом, подсыпая пригоршнями пыльные слова: - Мартик, душка, вечер чудный, гуляй, гуляй! Через две дороги, возле парикмахерской, показалась Вероника.