В Вильнюсе вокруг телецентра шли танки.

Буржуйка погасла. Он вновь видел пыльное ущелье, траву, опаленную солнцем и огнем.

Он вновь был сродни котенку, грязному, злобному и беззащитному. Незримый хозяин держал его за шиворот, прикидывая, куда швырнуть: в огонь? в пропасть? в траву? И одно неудержимое желание сжигало все мысли и чувства - выбраться из этого кошмара; и, не глядя ни под ноги, ни по сторонам, он шел напролом: если ты сам себя не спасешь, о тебе не позаботится никто.

Он вертелся на старой скрипучей кровати и готов был держать пари с соседом, с дьяволом, с самим Господом Богом, что, едва лишь забрезжит рассвет, на растерзание толпе будет отдан какой-нибудь капитан, что сейчас, выполняя приказ, ведет солдат, белый от бессилия и злобы.

Во сне его придавила могильная плита. Морозной ночью он лежал на горячем песке и задыхался.

Когда отпустило, вышел на крыльцо. Жадно, как стакан воды, глотнул холодный воздух. Над заснеженным поселком огромным шатром стояло звездное небо, лишь прямо против его крыльца висела туча, черная, драная. Она притягивала взор. Но студеный воздух проник под ватник, и он поспешно шагнул в дом. И забыл о туче.

Он настороженно посмотрел в окно: еще один приступ ему не пережить. И вздохнул расслабленно: тучи не было.

Тут он подумал, что ночью тучи не видны. Лишь отсутствие звезд говорит об облачности.

Но он видел тучу! Она была объемна и полна черного света. Когда же он увидал ее впервые?..

Огромные деревья, густой кустарник. Среди буйной травы проселочная дорога. Металлические ворота с красной звездой. Царство комаров и мошки. И недалеко от города, но тайга в том краю начиналась от последнего микрорайона.

Он получил новое назначение, и, уезжая в большой европейский город, прощался с сослуживцами.

В ту ночь сон приснился ему впервые. Странно... Тогда он еще не знал цвета того песка.