- А что тут удивительного, - ответил спокойно Азиз-ага. - Вы не смотрите на то, что очки носит, я знал его деда. Знаменитый кочи (Кочи - в дореволюционном Азербайджане человек без определенных занятий, охотно берущий на себя труд (часто за плату) защитить любого, попросившего его об этом) был. А кем был дед Элли-грамма? - Амбалом...(Амбал - носильщик) Так что понятно, почему он боится его.

- Ты  же  не   амбал, - возразил  Давуд. - Однако  Элли-грамм избил твоего сына. Старый Азиз смутился.

- Он пострадал за это, - пробормотал он. - И еще пострадает.

- Он пострадал не за это, - сказал Давуд. - Аза то, что осмелился поднять на меня руку.

- Как бы не так, - вмешался мой сосед по двору, работник ОБХСС, Гамид. Он наказан за то, что плюнул на мою жену.

- Ладно, не будем спорить, - сказал Азиз-ага. - Кто-то отомстил за всех нас.

- А ты можешь ночью, когда он спит во дворе, ударить его палкой? - спросил меня Давуд.

- Могу, - сказал я, обрадованный тем, что на меня обратили внимание. Только ночью я сплю. Но я могу и днем, лишь бы успеть подкрасться.

- Молодец, - сказал завмаг Салех. - Ты настоящий мужчина. Отчаянный. Обязательно подкрадись к нему и дай по голове палкой.

У всех загорелись глаза при одной мысли, что кто-то стукнет Энвера палкой.

- Надо только отвлечь его внимание, - сказал я. Мен* просто распирало от гордости: никогда ни одному пятнадцатилетнему мальчишке не уделяли столько внимания на нашем углу. Даже самым отчаянным. Мои ровесники с завистью смотрели на меня с противоположной стороны улицы.

Но, как всегда, все испортила мама.

- Му-у-рад, - протяжно закричала она, высунувшись из окна. - Опять ты торчишь на углу? Марш домой!

Мне не удалось дать Элли-грамму палкой по голове и тем самым как-то загладить эту мамину выходку. На следующий день после разговора на углу Элли-грамм избил завмага Салеха, и тот совершил чудо.