За разговорами мы незаметно подъехали к намеченному ранее месту, где хотели на ночь разбить палатку.

Много раз в прошлые годы мы проплывали мимо этого песчаного полуострова, но никогда ещё не были на нём.

Между намытой узкой косой и непролазными зарослями тальника образовался маленький заливчик, где удобно было поставить лодку.

Напротив, на высоком обрывистом берегу, стоит лес. По неглубокому овражку в реку сбегает говорливый ручеёк. Ниже полуострова есть небольшой перекат.

Войдя в заливчик, мы привязали лодку, выгрузили из неё свои вещи и на нехоженом, чистом песке быстро разбили палатку, поужинали, напились чаю и долго сидели у затухающего костра, отдыхая и любуясь наступившей тёплой ночью. Тишину нарушали только едва слышное журчание лесного ручья да тонкие, звенящие песни наших недругов - комаров.

Когда потемнели последние угольки костра и комары особенно ополчились на нас, мы забрались в палатку, улеглись и скоро уснули.

Среди ночи, когда особенно крепко спится, мы оба вскочили от сильного удара по палатке. Кто-то так стукнул по ней, что она повалилась. У меня сразу же мелькнула мысль, что это напали на нас хорошавские браконьеры, у которых мы разрушили сежу.

С криком "застрелю!" Борис первым выскочил из палатки, а вслед за ним, путаясь в накрывшем меня полотнище, схватив топор, выскочил и я.

Но кругом не было ни души... Высоко в небе висела полная луна, светло было так, что хоть газету читай, и было так удивительно тихо, так мирно... Даже писка комаров не было слышно. Только нежно продолжал журчать ручеёк да где-то в лесу знакомая, но неизвестная нам ночная птица кричала своё унылое: "Ста-уш-ка, ста-уш-ка, ста-уш-ка!" (Мы с Борисом так и звали птицу - "старушка".)

Мы стояли растерянные перед завалившейся палаткой, и вид был у нас, наверное, довольно смешной: заспанные, растрёпанные, один с ружьём, другой с топором, мы недоуменно смотрели по сторонам: то на порушенную палатку, то на освещённые луной кусты тальника, то на тёмный и таинственный лес на другом берегу, то искали на песке несуществующие следы исчезнувших злоумышленников.