Егор. Чего ты поймешь? Ты сама вон какая! Вы с Витей старые оба, а как детишки. Детишки же ничего не понимают, с ними можно. А я еще мальчик, да? А сам, как старик, взрослый. Давний я. Я даже как будто тыщу лет жил уже на земле. Вот как мерещится - тыщу лет все живу и живу, как наказанный. А вы детишки, в радости все время. Мне теперь все равно - кто я есть, раз так. Я на вас любуюсь. На вашу большую любовь.

Входит с песней Виктор.

Виктор. Все васильки, васильки, сколько их выросло в поле. Помню у самой реки их собирали для Оли. Оля любила реку, ею она увлекалась. Помню, по целым ночам с милым на лодке каталась. Он ее на руки брал, в глазки смотрел голубые. И без конца целовал Зойкины щечки худые.

Зоя (Егору). А убить можешь?

Егор. Зачем тебе?

Зоя. Так. Можешь?

Егор (тоскливо). Дура ты, что ли? Разве такое спрашивают?

Виктор. Здорово, орлы! И орлицы! Во, гляньте. (Вытягивает руки.)

Зоя. Дрожат.

Виктор. Ты что, слепая? Во, Егор, гляди! Руки твердые, как сталь!

Зоя. Дрожат. Сильно.

Виктор. Очумела, что ли?

Егор (Зое). Я сам вижу, что он нехороший, спился и все такое...

Зоя. Дрожат, дрожат, ты весь дрожишь!

Егор. Только он живой. В нем кровь живая... как заря его кровь, во как! Все другие потухли давно, даже не пахнут ничем, одной зубной пастой. А он живой человек. Какой есть.

Виктор (Зое). Что уставилась?

Зоя. Волк человека кормит.

Виктор. Кого-о?

Зоя. Ты на него наехал. А он тебя кормит! Кормит! И поит!

Виктор. Кто кормит?

Зоя (беспечно). Егорка, а где вы деньги добываете?

Егор. Чего тебе?

Виктор (следом за ним). Чего тебе?

Зоя (Виктору). Цыц! (Егору.) Да я ничего. Так. Я же знаю, Виктор Иваныч деньги пропили все. А вы, Егор, пошли в магазин с пустыми карманами, и еды нам принесли... вот... "Аленка".

Пауза.

Егор (еле слышно).