Я вышиваю крестом и утешаю себя как могу. Я скучаю без дачи и без Нинон. От меня как будто что-то ушло.

Нинон звонит мне по ночам, поскольку ночью льготный тариф. В Германии ее жадность обострилась. Тем не менее я в курсе ее жизни.

Первым делом Нинон воспользовалась немецкой медициной и проверила свое здоровье. Стадия 2-6 - это как мина с часовым механизмом, не знаешь, когда рванет. Но здоровье оказалось в полном порядке. Никакой стадии, никаких отклонений от нормы. Печень чиста, как у ребенка. Кровь, как утренняя роса. Больше не надо выживать. Просто жить и наслаждаться жизнью.

Нинон позвонила мне ночью.

- Я совсем в порядке, - сообщила она. - Представляешь? Я отметила, что ее русский похож на подстрочник. Значит, она думает по-немецки.

- Я победила, - сказала Нинон, - потому что я боролась. Я испытала честное, искреннее счастье, но выразить не успела.

- Пока, - попрощалась Нинон и бросила трубку. Экономила.

Я долго не могла заснуть от радостного возбуждения. У меня, как оказалось, прочная подруга, ее хватит на всю мою жизнь и еще останется.

Жизнь - это смертельная болезнь, которая передается половым путем. Мы все умрем когда-нибудь. Но когда? Вот этого лучше не знать. Тогда жизнь кажется вечной.

Убедившись в своей вечности, Нинон отправилась к сыну в Кельн. Их дом стоял неподалеку от знаменитого собора.

Жена сына спросила у сына: "На сколько приехала твоя мама?" Сын не знал и спросил у Нинон: "На сколько ты приехала?" Нинон тоже не знала и сказала:

- Давай на неделю. - Она поняла, что больше недели для них будет много.

- Ну хорошо, - сказал сын.

- Ну хорошо, - вежливо согласилась жена сына.

Нинон поняла, что неделя - тоже много. У немцев есть поговорка: "Гость на второй день плохо пахнет". Сын любил свою маму, но он уже давно жил без нее и отвык. К тому же на Западе разные поколения не живут вместе. Запад - это не Восток.