Оставшись одна, Ксеня болезненно поморщилась, прижала руку к груди сердце толкалось так, что было больно. События вокруг нее странным образом принимали лавинообразность. Причем, все происходило помимо ее воли и желания, точно так, как снежная лавина не считается с волеизъявлением человека. Встреча с Арвидом теперь уже не радовала - он оказался иным, чем тот, другой, живший в ее душе. Это был незнакомый ей человек, он пугал...

Она встала, дотянулась до тросточки, которую ей принесла заботливая Полина Тимофеевна, сделала несколько неловких шагов и оказалась у окна. Начался снегопад - зеленые ели и сосны будто заштриховало белым, крупные снежинки залетали на веранду, выстилали пол, ткали снежнобелое полотно. Ксюшины мысли были похожи на головокружительный хоровод этих снежинок. Ксеня накинула на плечи куртку, открыла дверь. Она медленно шла вдоль террасы, останавливалась, подставляла ладонь. Снежинки медленно спускались к ней, одаривали на несколько секунд своей хрупкой, изысканной красотой и медленно умирали, превращались в слезинки...

Ксения вздрогнула от неожиданного резкого звука. Испуганно обернулась и поняла, что хлопнула дверь в комнате, близь окон которой она оказалась. Форточка была распахнута, и из-за нее донесся взвинченный женский голос...

...Едва Арвид закрыл за собой дверь, Инга резко обернулась.

- Кто она такая!? - глаза ее пылали, она с яростью впилась взглядом в его спокойное лицо.

Он молчал, и она снова заговорила напористо и гневно.

- Не смей врать мне! Я не слепая! Да чего стоит одно только, как ты смотришь на нее! Теперь понятно, почему ты хотел выпроводить меня!

Арвид молча усмехнулся.

- Сфинкс! Чертов сфинкс! - выкрикнула Инга, и в голосе ее зазвенели слезы.