Сзади из глубины комнаты к женщине подбежал высокий мужчина, крича, схватил ее за плечи.

Пдум!

Мужчина исчез.

Райкин выпалил длинную фразу и стал смеяться, - долго, с присвистом. Потом вдруг тихо спросил. Зал зашумел. Райкин опять спросил - погромче. Зал зашумел сильнее. Он выждал долгую паузу и проговорил - спокойно и серьезно. Зал загрохотал.

Снайпер нарисовал крестики, сменил обойму, оттянул затвор.

Убитую старушку подняли трое, несли к подъезду. Четверо других поднимали вторую. Снайпер выбрал из этой четверки высокого широкоплечего парня в полушубке и пустил ему пулю меж лопаток. Парень осел на снег, секунду оторопело перебирал руками, но вдруг вскочил и бросился прочь. Через десяток шагов ноги его подломились, и он повалился. Оставшиеся трое бросились врассыпную.

Райкин говорил быстро-быстро, грохочущий зал не поспевал за ним.

Снайпер выделил одного парня, спустил курок. Пуля прошла рядом с его головой и попала в ногу другого.

- Балбес... - пробормотал снайпер и добил раненого.

Райкин снова засмеялся, икнул и выкрикнул последнее слово. Последующая овация оборвалась песенкой "С добрым утром!". Бодрый голосок дикторши прощался с радиослушателями.

Старушку уже вносили в подъезд, - женщина в синем пальто придерживала дверь, двое мужчин, шатаясь, несли убитую.

Пдум!

Задний мужчина вяло повалился назад.

Пдум!

Другой упал на старушку. Женщина скрылась в подъезде, но через мгновенье выглянула, схватила за руку умирающего.

Пдум!

Она дернулась и упала на мужчину.

Снайпер нарисовал крестики. Осталось заполнить пять клеточек.

Он нашарил в мешочке брусок обоймы, вынул, но обойма выскользнула из пальцев, стукнулась о водосток и исчезла за краем крыши.

Снайпер вскочил, перевалился через перильца:

- Еще не хватало...

Обойма лежала возле лавочки - крохотной черной точкой. Снайпер навел на нее окуляр - точно, она.