Хоромы свои, туберкулезный кабинет, добрый молодец нашел сразу. У забора, под огромной яблоней, стоял добротный офицерский вагончик. На нем висел плакат, в человеческий рост, изображающий румяного, счастливого мордоворота. Надпись под мордоворотом гласила:
- Туберкулез излечим!
Изнутри вагончик имел две комнаты, разделенные небольшим коридорчиком с умывальником. Как еще раньше успел заметить Иванушка-дурачок, туалет, типа "люфт - клозет", располагался в отдалении. Но вода в кране была. Над краном, на листочке бумаги, каллиграфическим почерком было выведено:
- Только покойники не ссат в рукомойники!
- Так, этого ты, Лёва, не слушай, это я увлекся! Лёва мигнул, но промолчал.
- Продолжим, - Сказал Иван Иванович. - В этих хоромах боярских встретился Иванушке-дурачку другой добрый молодец - Серега Петров. Был он высок ростом, косая сажень в плечах, могуч, а голова такая здоровая, что, наверное, ни в один стандартный воинский шлем не влезет! На заказ ковать надо! Широкое лицо его постоянно освещала нахальная улыбка. В общем, симпатичный такой молодец-интерн, по ухо-горло-носной части. Будущий ЛОР-врач. Мелкодырчатый, так сказать, хирург. Это потом уже ему тесно в своих пяти дырочках стало, и он переспециализировался на травматолога. Силу ему некуда было девать.
Иванушка-дурачок увидел на Серегином боевом щите девиз, выбитый золотыми
буквами:
- Фортуна нон пенис, ин манус нон рэципэ! (Удача - не пенис, в руки не возьмешь!)
- Но попытаться ухватить нужно! - Уточнил девиз Серёга.