Увидев лилово-багровую мошонку нового друга, Иванушка ужаснулся и невольно

"процитировал" Пушкина:

- Яйца - чистый изумруд,

- слуги белку стерегут!

- Какую белку? - Не понял Петров.

- Пить надо меньше, вот какую! Что случилось-то? Вроде не Пасха, кто тебе яйца покрасил?

И вот что поведал Иванушке добрый молодец Серега Петров.

Оказалось (а он и забыл!), сегодня ему выпадало вместе с боярином Ухогорлоносовым в ночь дежурить, Тридевятое Царство от больных охранять.

До дежурства Серега решил всего на минуточку к Зеленому Змею заскочить, моральной поддержкой заручиться. И зашел в ближайший бар.

На улице моросил мерзопакостный дождик, а там, в тепле и уюте Серега расслабился, забыл про невзгоды. Даже танцевать начал. Быстрые ритуальные танцы. А поскольку добрый молодец Петров занимался запрещенным в то время в Тридесятом государстве, заморским воинским ремеслом карате, танцы его скорее напоминали ката. Но он никому не мешал, даже забавлял посетителей бара.

Тут появился в том баре дикий зверь. Сам огромный, тело кабана, килограммов под сто пятьдесят. А голова - быка. Так и звался он в народе Толя-Бык. Был он в Тридесятом государстве главным начальником над опричниками. Руководил местным КГБ.

- Что такое КГБ, я тебе, Лёвчик, потом расскажу, когда подрастешь. Мама не велела тебе страсти на ночь рассказывать, только веселое...

Совсем распоясался уже в то время Толя-Бык. Даже его высокое начальство с трудом его выходки терпело. Мог Бык запросто по морде какому-нибудь добру молодцу дать, или вот как Сереге - не по морде. Мог в магазине набрать вещей, или продуктов, и уйти, не заплатив. В последнее время он постоянно так делал. Народ роптал, но открыто возражать боялся.

- Не родился еще тот добрый молодец, - говорил народ, - Кто этого Быка одолеет!

Вот подходит Толя-Бык к Сереге и говорит

- В твоих танцах есть элементы запрещенного карате! - И сразу копытом Серегу между ног.