ИРИНА (недоверчиво). Как же так?..

ЛЮСЯ. Да вы что - про нашу спецшколу не слышали?! Вся Москва знает: у нас биологический уклон. То есть антигуманитарный. У нас выращивают будущих гениев мировой науки.

ИРИНА. А кто не вытянет в гении?

ЛЮСЯ. Того отсеют как простой талант. Литературу любят стандартные девчонки, а у нас они все... (крутит пальцем у виска) свихнулись на биофизике, микробиологии и биохимии, как и мальчики. Нам нужен учитель биолитературы. Вы в ней сечете?

ИРИНА (осторожно). Нет!..

ЛЮСЯ. Мы в НИИ ходим на практику по электронной микроскопии.

ИРИНА. А как же другие учителя?

ЛЮСЯ. С ними у нас договор о мирном сосуществовании, поскольку гуманитарные предметы мы пре-зи-ра-ем. Вам не страшно?

ИРИНА. Страшно. Но что поделаешь?

ЛЮСЯ. Кстати, как был ранен Пушкин?

ИРИНА. Что? Разве это так существенно? Кажется, в живот...

ЛЮСЯ. Кажется... А если бы он стрелялся сейчас, с таким ранением его можно было бы спасти? Что должен был сделать хирург? (Выжидая.) Может, вам, пока не поздно, отчалить в другую школу? Более среднюю? То есть, я хочу сказать, обыкновенную... Вы у нас и недели не протянете. Снесут!..

ИРИНА (испуганно). Это как - снесут?

ЛЮСЯ. Ногами вперед. Шутка такая. Ну, крылатое выражение. А уж любить вас тут не будут. Это точно!

ИРИНА. Даже если...

ЛЮСЯ. Даже если! У нас все обожают учителя биологии Олега Андреича. Он же классный руководитель. Наш старик - энергоемкий.

ИРИНА. Какой?

ЛЮСЯ. Ну, энергичный. КПД у него, как у МГД-генератора. И еще неунывающий. С утра до вечера с нами. Души в нас не чает, а мы в нем. Кроме зубрил, конечно. С теми у него несовместимость. Для остальных он биобог и биодух святой. Он будет вашим врагом No 2.

ИРИНА. Постой-ка! А кто же No 1?

ЛЮСЯ. No 1 - это мы! Мы его биодети. (Подходит к стене, включает. Громко слышно биение сердца.) Вот - его работа. (Выключает.) Ваше сердце в разрезе.