Вот бы сейчас закрыть изнутри дверь и подойти к ней сзади и обнять за плечи. Но этого не будет никогда-никогда-никогда.

Дома в туалете дрочу и злюсь на себя и бью себе кулаком в живот. Ну почему, почему я сосцал?

Почти весна, почти тепло. Форточки открыты. Во дворах бегают и орут дети. Запах пыли, бензина и первой травы. Сидеть в школе скучно - вообще. Зато потом - домой и музыку на всю громкость, Nirvana или Offspring, чтобы было слышно из кухни, пока соображу себе поесть, а соседи пусть не рыпаются особо - я и послать могу.

Часов в шесть прусь на остановку. Хочу поехать в центр: просто так, чтоб не сидеть дома с родичами - они уже скоро придут.

На остановке - она. Сразу внутри что-то обрывается, как будто нарвался на врагов, и они сейчас отпиздят.

В школе сегодня не виделись, поэтому говорю:

- Здравствуйте

- Здравствуй.

- Вы домой?

- Да, а ты?

- Да, так.

- Понимаю, не хочется дома сидеть в такую погоду. А как же уроки?

Она улыбается, и я тоже: ну какие могут быть уроки?

- А можно вас проводить?

- Можно, конечно, почему бы и нет? Если у тебя, конечно, есть время.

Подъезжает битком набитый автобус, мы заходим, и нас разделяет толпа. И хорошо, потому что не знаю, о чем с ней говорить.

Едем до центра, потом пересаживаемся в другой такой же набитый автобус. Еще три остановки, и выходим.

- Вон тот дом - мой. Если хочешь, можешь зайти в гости.

В квартире никого.

- А где все ваши?

- Мама на работе, а больше никого и не должно быть: мы с ней вдвоем живем.

Пьем кофе с коньяком, потом - оставшийся в бутылке коньяк. Она смотрит на меня. Я не верю, что это на самом деле. Может, это сон? Или я охуел от дрочки - каждый день по два раза или больше?

Я подсаживаюсь поближе, обнимаю. Губами - к ее губам. Мы сосемся, слюнявимся, я нахожу рукой грудь. Сползаем с дивана на пол, я сую руку под платье.