Дверь отворила стройная темноволосая красавица, чудно пахнущая чем-то сладким, сдобным, изюмным.

- Вы к кому? - спросила она предельно вежливо, сощурившись, как будто видя Васеньку сквозь туман.

- Я это, - сказал Васенька. - Тут дяденька. Филатыч он.

- А. - Красавица тут же от Васеньки отвернулась и пошла по коридору, покачиваясь на подкованных каблучках.

И Васенька потопал за ней. Но красавица скрылась вдруг за боковой дверью.

Васенька постоял у этой двери в пустом узком коридоре, довольно пыльном, и - вновь услышал, как поет мужской голос. Теперь - совсем близко. Васенька пошел на голос и увидел проем и лестницу.

Босой Филатыч мыл ступени и пел. За высоким узким окном шел снег. Кошка сидела на узеньком подоконнике. Белая снежная рухлядь за окном ее занимала.

Филатыч оглянулся и увидел Васеньку.

- Это, - сказал Васенька. - Доброе утро.

- И тебе.

Филатыч ждал, чего Васенька еще скажет.

- Я. Ну. Помочь могу. Вам.

- Чего?

- Там. Помыть.

Филатыч смотрел на Васеньку доброжелательно.

- А я чего делать буду?

- Отдохнете.

- Ты назад дорогу помнишь?

- Куда?

- Как на улицу отсюда попасть.

- Нет, - сказал Васенька. И подумал, что сейчас заплачет, как маленький.

- Бестолковый, - огорчился Филатыч. - Ладно. Берись тогда за тряпку. Домоешь лестницу, повернешь в коридор. В кабинеты пока не суйся, дождись меня. А я пойду мешок с мусором снесу на помойку, раз ты выход не помнишь.

И он подхватил из угла здоровенный черный вонючий мешок.

К тому времени, когда Филатыч вернулся с запасными ведром и тряпкой (шваброй он не пользовался, мыл только руками), к тому времени Васенька уже управился и с лестницей, и с пыльным коридорчиком. И дожидался у двери, за которой скрылась изюмно пахнущая красавица. Ее Васенька окрестил про себя Аней - по Ане из любовного признания на стене лифта.