У нее есть имя - Рената, красивое, редкое имя, да и сама ничего, хотя не на Севин вкус - слишком чернявая, с усиками и коротким узким носиком. Однако ему почему-то легче не называть ее по имени. Она - некое особенное существо (девушка или женщина, лет двадцати, но при этом невеста - важное уточнение). Поэтому Сева почти ни разу не назвал ее по имени с тех пор, как она с ними.

Это создает некоторую неловкость, но что поделаешь? Удается обойтись и без имени - с помощью "эй" или "послушай". Да, собственно, это и необязательно не так часто возникает такая необходимость. Если на то пошло, не так уж часто они с ней и встречаются, хотя живут теперь в одной квартире. "Привет", "пока", "как дела" - и все. Нормальные отношения. А сказать "Рената" почему-то язык не поворачивается. Это она для брата Рената (иногда он ее еще "зайчиком" называет) и для родителей, а для Севы - кто? Белое свадебное платье и только (даже если она в джинсах или юбке).

Если бы она была женой, тогда проще и понятней, материальней, что ли, а невеста - нечто призрачно-туманное. Сколько раз они уже сидели все вместе за столом на кухне, но он все равно не мог смотреть, как она ест (между прочим, как все люди, ложкой и вилкой, и жует точно так же). Если бы ее не назвали братниной невестой, он бы, наверно, и относился к ней иначе, но тут... Вроде бы обычная девица (чернявая и с усиками), но как с ней обходиться - непонятно.

Севе, в общем, наплевать, чем они там занимаются в комнате за закрытой дверью. Однажды случайно (забылся) не постучавшись туда заглянул и увидел: Рената (невеста) лежит на боку, подперев голову рукой, на этой их широченной тахте - колени поджаты, а ноги обернуты подолом длинной серой шерстяной юбки (для тепла), и книгу читает, а брат за их общим (когда-то) с Севой столом что-то пишет. Мирная такая, почти идиллическая семейная картина - он даже комнаты не узнал, будто в чужой дом заглянул.