И я теперь уже сам подбежал к экрану, вступил на его ледяную поверхность и на всякий случай со звонким лаем (а вдруг еше и услышат)

выкатился в экран.

На самой середине я попытался подняться. Это было очень сложно, требовалось много усилий. Я заворчал. Вот еще немного, еще чуть-чуть.

И, словно пробив толщу океана, я вынырнул в родном третьем измерении, и голова моя оказалась в привычной обстановке. Я увидел свою комнату, где все и произошло. Док, не глядя на компьютер, читал справочник вирусов. Он не обращал на меня внимания, даже когда я заскулил. Хотя время теперь совпадало.

Теперь только хвост мой находился в ином мире...

В это время Мама-Лисанька подошла к компьютеру. Она тотчас же увидела меня. И первый ее порыв был вытащить меня из этого электронного болота.

Не тут-то было. Я оказывается был не реален, а галографичен.

Но Мама-Лисанька чутка и чувствительна. Ее руки скользнули по мне. Она позвала Дока.

Док подошел, сказал, что ни Пирата, ни Козетты в доме нет. И что вероятно (он может мыслить нестандартно. Написал и материализовал же он когда-то меня), мы в компьютере, но что убивать вирус нельзя, потому что мы, как это ни парадоксально, в настоящий момент тоже часть этого вируса, и как бы так не получилось, что, уничтожая вирус, мы можем быть уничтожены тоже.

И вдруг он взглянул на экран. Моя улыбающаяся физиономия лучше всяких слов говорила: как я его понимаю. Док хотел было схватить меня за уши и вытащить из этого мира (порыв как у Мамы-Лисаньки), но вопервых, я не материален, а во-вторых... - а Козетта?

Док скороговоркой стал сообщать мне инструкции: что делать.

- Мы намерены вывести вирус на дискету и там уже уничтожить. Надо сделать так, чтобы в момент включения антивирусной программы вы с Козеттой оказались бы не в одной плоскости с Вирусом, и тогда все будет в порядке.