- Нет, вы говорите неправду.

- В чем же это я говорю неправду? Докажите.

- Спорим.

- Хи-хи-хи... Спорим. На что?

Хмырь секунду две, три думал... И завернул:

- На американку.

- Как это?

- Кто проиграет, тот... В общем, если я выспорю, я что хочу, то и делаю, если вы, то вы, - тут Хмырь, несколько ошалелый от собственной дерзости, посмотрел на всех, но как-то смутно, неопределенно. - Ну?

- Ох вы какой!

- А что? Ну что? Что? Боитесь?

- Ничего я не боюсь!

- Боитесь, боитесь. Эх вы!..

- А чем вы докажете?

- Чего "докажете"?

- Что одиноким хуже.

- Нет, давайте на американку, тогда докажу.

- Ох вы какой!..

- Ну какой? Какой? Я обыкновенный, но одиноким хуже, я вам докажу. Давайте?

- Нет, вы так докажите.

- Нет, так неинтересно. Так... чего так? А вот давайте на американку.

- А что вы сделаете?

Этот наша на заднем сиденье опять некоторое время думал. Он даже завозился на месте.

- Что я сделаю? Что я сделаю?

- Ну?

- Не скажу.

- Нет, скажите. А то так...

- А что "так"?

- Так опасно.

- Да ничего не опасно!

- Нет, докажите просто так, без американки.

- Только на американку.

Хмыря уже ненавидели в автобусе. Один какой-то старенький интеллигентный ревматик сказал себе и соседу рядом, огромному мужчине с юбилейной медалью:

- Прямо максималист какой-то: все или ничего.

- А?

- Да вон... максималист сидит.

- Он не максималист, какой максималист. Он прохвост, - огромный мужчина не оглянулся на заднее сиденье. - Таких учить надо.

- Бесполезно, - сказал старичок.