- Это он хочет, наверное, сказать, что он с добрыми намерениями? спросила Милочка.

- Ага! - глубокомысленно произнес Колька. - С добрыми.

- А зачем они нас посадили на эти кости?

- Чудачка, не знает. Не поняла, что ли? Мы у них теперь вожди. Вот вернемся - я книжку напишу: "Колька Спиридонов - последний из дикарей".

- А что мы теперь должны делать?

- Как что? Руководить!

- Мы еще этого не проходили.

- И мы не проходили. Но надо же с чего-нибудь начать... Колька почесал в затылке и обратился к старику:

- У вас есть план работы?

Старик развел руками, давая понять, что язык пришельцев ему неведом. Он прокричал что-то своим столпившимся сородичам - и те исчезли в мгновение ока, точно растаяли за деревьями и кустами.

- Вот видишь, - улыбнулся Колька, - все в порядке, они до вечера займутся, чем заняты обычно, а там мы что-нибудь придумаем.

Старик, между тем, тоже отправился к ближним кустам, по шел неторопливо, время от времени оборачиваясь, точно приглашал Кольку и Милочку с собой. И когда они догадались в чем дело и поднялись с мамонтовых позвонков, старик радостно улыбнулся, а друзья наши убедились, что поняли его верно.

Хорошо утоптанная тропа вела их сквозь колючие, липкие кусты, сквозь заросли папоротника в гору. Она обрывалась у глубоких расселин, через них были переброшены стволы деревьев. Идти по узким круглым мосткам было опасно, но и отставать было нельзя.

Старик первым перебегал по стволам на противоположную сторону ущелья или расселины, останавливался и с нескрываемым любопытством ждал: что же произойдет. Колька переползал на четвереньках, Милочка дрожала, но пыталась идти боком, отодвигая одну ногу и медленно приставляя к ней другую. Внизу пенился поток, у нее кружилась голова. И однажды, когда ей показалось, что все обволакивается туманом и плывет вместе с бревном, на котором стоит она, куда-то в тар-тарары, ее поддержала маленькая, но крепкая рука. Это был все тот же мальчик.