Покемарить бы, мечтаю, часок-другой, потому что до Тайюаня, столицы провинции Шанси, куда пригласил Иру институт финансов и экономики для натаски в английском молодых строителей человечного капитализма с социалистическим лицом, - до Тайюаня шесть часов еще переть. Размечтался, видите ли, поспать захотел! Куда там! Вдруг рев и грохот раздался, на дюжине телеэкранов замелькали титры, а потом и кадры какого-то жуткого фильма про уголовников зеков в зверски жестоком лагере Гонконга.

Вопли-сопли... стрельба... побои... блатные драки... муки-суки-мотогонки на судзуки... - казалось, вся эта ушираздирающая мура возжаждала свести меня с ума... Что делать? как возопили бы на моем месте Чернышевский с Володей Ульяновым. Я принял единственно правильное в такой экстремальной ситуации решение. Сначала спускаюсь прямо в тартарары сортира, так низко расположенного в днище салона и так дрожащего под ногами, что... поверьте, даже при мощных трясках в южно-корейском боинге не испытывал такого страха. Впрочем, по сравнению с салоном, сызнова простите за вполне уместную звукопись, сортир был не адом, а всего лишь чистилищем. Тем временем совсем стемнело. Так что даже не поглядеть на заоконный пейзаж и не отвлечься от безумного грохота дюжины ящиков над головами. Как тут не сказать, что китайцы - народ необыкновенно шумный, обожающий грохот барабанов, медных тарелок, треск петард, песни, хохот, застольные громкие споры. К тому же мало кто стесняется громко окликнуть знакомого в местах многолюдных, а ведь немноголюдных публичных мест в городах Китая еще меньше, чем сливовых рощ на полюсе...

В общем, вновь врезаю виски. Желание спастись от неимоверно громкой стрельбы, ударов кулаками ментов в "бубны", то есть в лица зеков, от актерских спастись реплик, стрельбы и музыки - было таким мое желание страстным, верней, таким молитвенным, что задремал. Уверовав в силу автогипноза, уже не был беспомощной жертвой проклятых грохочущих ящиков. Ничего... ничего, дремотно мечталось мне, скоро до боссов китайского автобусного бизнеса дойдет, что надо бы и на земле выдавать пассажирам вшивенькие наушники, как это делается в небесах и на море.