Он поднялся, вернее, словно подброшенный катапультой, выскочил из уютных объятий мягкого кресла и заторможено огляделся. Привычная обстановка: софа, книжные полки, столик, телевизор, кресло... Мягкое, уютное кресло взывало к покою и умиротворению. Но Он был уже неподвластен гипнозу обыденности вещей. Он перешагнул порог, разделявший прежнюю жизнь, до краев заполненную планами, проблемами, желаниями и привычками, от жизни будущей, в которой оставалось только одно - финальная сцена. В эти мгновения проклятое кресло не ассоциировалось с привычным атрибутом мирной жизни. Он смотрел на велюровые подушки, а видел... Электрический стул! Место казни, аутодафе. Место своей смерти. С того момента, как он собственной рукой запустил самоубийственный ритуал, прошло не более получаса. Да, экзекуция продолжалась совсем недолго, но муки приговоренного были ужасны. Теперь предстояло поставить последнюю точку в сценарии того странного, тянущегося десятилетия спектакля - казнить Ее и уйти вместе с ней... Куда? Он всегда полагал себя материалистом, а потому имел все основания быть уверенным - в Никуда. Иначе... Иначе и там, куда уходят, все с фатальной неизбежностью повторится опять...