И вдруг приемник ожил.

- Передаем сообщение ТАСС, - услышал я.

В комнате раздался голос диктора, голос негромкий, как мне показалось, сдерживавший нетерпеливое желание скорее сообщить нам что-то чрезвычайно важное. И я услышал весть о том, что осуществлено одно из самых дерзновенных стремлений человечества, и день, который только что кончился в Москве, был первым днем новой космической эры для нас, жителей Земли.

...Создан первый в мире искусственный спутник Земли, - читал диктор, четвертого октября 1957 года в СССР произведен успешный запуск первого спутника...

...В настоящее время спутник описывает эллиптические траектории вокруг Земли...

...Над районом города Москвы пятого октября 1957 года спутник пройдет дважды - в один час сорок шесть минут ночи и в шесть часов сорок две минуты утра по московскому времени...

- В России еще в конце девятнадцатого века трудами выдающегося ученого К. Э. Циолковского была впервые научно обоснована возможность осуществления космических полетов при помощи ракет...

...Искусственные спутники Земли проложат дорогу к межпланетным путешествиям, и, по-видимому, нашим современникам суждено быть свидетелями того, как освобожденный и сознательный труд людей нового социалистического общества делает реальностью самые дерзновенные мечты человечества.

Он явно волновался, читавший нам и всему миру это сообщение. Слишком непривычно было все, о чем говорилось. Ведь речь шла о наших современниках, обретших теперь реальную возможность увидеть в своих рядах человека, который первым отправится в межпланетное путешествие.

Ничто не изменилось за окном. Все так же стелились слегка подсвеченные огнями октябрьские тучи, и, вероятно, все так же горела та красная звезда, что видна из моего окна, но мне казалось, что она запылала еще ярче, словно ее накалил свет великой гордости за наш народ-звездоносец - гордости, переполнившей, должно быть, в эту минуту сердце каждого, кто слышал историческое сообщение.