- Может, вам чем-нибудь помочь?- наконец решил он завоевать доверие старичков, а потом уже во всем разобраться. - Так ты что ж, в унитазах понимаешь? - А что случилось? - Понимаешь, сынок, пошел я в туалет, а как дернул за эту веревочку, так свет во всей квартире и погас. Наконец Студент все понял. Он весело засмеялся, представив себе удивительное совпадение: как дедушка дернул за веревочку и одновременно вышибло пробки. Тут же он попросил табуретку и в пять минут устранил неисправность. Когда свет во всей квартире загорелся, старички бросились к Студенту со словами благодарности. - Лучше скажите мне, какая это квартира, и где я могу найти Любу?спросил у них Студент. - Все очень просто,- начала объяснять одна из старушек с седой бородкой,лет пятьдесят назад, когда НКВД забирало в очередной раз жильцов из этой квартиры, у номера на двери от стука гвоздик выпал. Девятка в шестерку и перевернулась. Мы не стали исправлять, и из этой квартиры больше никого не забирали. С тех пор мы под счастливой девяткой и живем. - А если Любку ищешь,- вмешалась старушка, держащая дымящийся огарок свечи,- то в восьмую тебе надо, в восьмую, там твоя Любка живет. Только она сегодня опять пьяная. А зачем она тебе? - Да так, дело у меня к ней. С этими словами Студент направился к двери. Оказавшись на лестничной площадке, он подождал пока дверь за любопытными старичками закроется и позвонил в соседнюю дверь под номером восемь. После третьего звонка, замок загремел и на пороге появилось опухшее лицо полуодетой женщины. Видимо, она наспех приводила себя в порядок и даже попыталась накрасить губы, но в торопях промахнулась и весь рисунок губ у нее оказался на правой щеке. - Здесь живет Люба?- отпрянув от перегара, спросил Студент. - Заходи, здесь,- пьяно икнула женщина и пошла вглубь квартиры, откуда доносился душераздирающий крик младенца. Студент последовал за ней. Быть может, это ее мать, мелькнуло у него в голове. Женщина привела Студента на кухню, завешенную вдоль и поперек стираными пеленками, где прямо на кухонном столе рядом с недопитой бутылкой водки и остатками закуски лежал орущий младенец.