Воры прекратили игру, с нескрываемым интересом поглядывая на репетицию бунта, как взрослые смотрят на забавы способных пацанов.

- Нас будут кончать вместе с фраерами, - вздохнул ростовский фармазонщик Лимон. - Они затеваются на полный серьез...

- Да-а-а, тут, пожалуй, не отмазаться. Послушай, майор, - окликнул Рысакова вор, - можем войти в долю и предложить вашему бойцу приличного подельника.

Рысаков вопросительно глянул на Фаэтона.

- А чо?! - Фаэтон был миролюбиво вежлив. - Мусора сытые, могут оказать сопротивление. Что тогда?

Наш хлопец-тоже не пальцем деланный. Они их приберут без хлопот. Остальные повалят следом. Только веревку привязать надо вдоль трапа.

- Ее у нас нет, - процедил сквозь зубы уловивший выгоду майор.

- Блоха, у вас была веревка. Отдайте канатик революционерам. Вы что сквасились? У вас лица красивше нет? Распахните гнидник!

Беленький, похожий на херувимчика воришка, провел рукой по розовой щеке, застенчиво отвернулся.

- Я же вам ее в прошлый раз засадил, Савелий Станиславович, - плаксиво пролепетал он. - Под расчет могу пожертвовать на нужды революции.

- Не заставляйте людей ждать: на дело идут! Тля крученая!

Блоха распахнул телогрейку, вытащил из штанов моток крепкой веревки.

- Ну, где ваш человек? - уже совсем по-деловому спросил майор.

- Вершок! Двигай сюда, сынок, - позвал кого-то вор. - Покажешь фраерам, как это делается, Кныш, отдайте ему приправу.

Косоглазый вор чуть поколебался, но все-таки вынул из-за голенища финку и протянул ее молодому цыгану, у которого она тут же исчезла в рукаве атласной рубахи.

Тяжелая волна ударила в борт. Корабль вздрогнул всем корпусом.

- Меняет курс, - сказал парень с каштановыми глазами.

- Почем знаешь? - спросил, сверкнув фиксой. Вершок.

- Знаю, - односложно, не взглянув на цыгана, ответил Вадим. - Через полчаса будем в нейтральных водах...