- Вы были вором? - удивился я.

- Что же тут странного? Большинство людей воры. Если они не крадут, то из боязни или по случайности. Но в душе почти каждый человек вор.

- Мне это очень часто приходилось слышать; я, пожалуй, готов согласиться, что это одно из наиболее распространенных заблуждений. Я не думаю, чтобы каждый человек был вор.

- А я думаю. У меня на воров особенное чутье. Я вижу сразу, может человек украсть или нет.

- Я, например?

- Можете, - сказал он. - Сто франков вы не украдете. Но из-за женщины можете украсть и если будет соблазн больших денег - тоже.

- А Лева? - спросил я. Я учился с Павловым уже за границей; у нас было много общих товарищей - одним из них был Лева - веселый, беспечный и в общем неплохой человек.

- Украдет.

- А Васильев?

Это был один из лучших учеников - угрюмый и болезненно добросовестный человек, неряшливо одетый, очень усердный и скучный.

- Тоже, - не колеблясь сказал Павлов.

- Как? Но он добродетелен, трудолюбив и каждый день молится Богу.

- Он, главное, трус, а все остальное, что вы сказали, - неважно. Но он вор - и мелкий вор при этом.

- А Сережа?

Сережа был наш товарищ, лентяй, мечтатель и дилетант - но очень способный; он любил часами лежать на траве, думая о несбыточных вещах, мечтая о Париже - мы жили тогда в Турции, - о море и еще Бог знает о чем; и все настоящее, что окружало его, было ему чуждо и безразлично. Однажды, накануне одного из важных экзаменов, я проснулся ночью и увидел, что Сережа не спит и курит.

- Ты что, - спросил я, - волнуешься?

- Да, немного, - сказал он неуверенно. - Это пустяки. - Нет, не совсем. - Ты боишься провалиться? - Да ты о чем? - сказал он с удивлением. - Об экзамене, конечно. - Ах нет, это неинтересно. Я совсем о другом думаю. - О чем же именно? - Я думаю: паровая яхта стоит очень дорого, а парусную не стоит делать. А на паровую у меня не будет денег, - сказал он с убеждением; а ему не на что было купить папирос. Он курил - и бросил окурок; было темно, и мне показалось, что окурок упал на одеяло. - Сережа, - сказал я через минуту, - у меня такое впечатление, что твой окурок упал на одеяло. - Ну что же? - ответил он, - дай ему разгореться, тогда будет видно. Но чаще они потухают: табак сырой. - И он заснул и, наверное, видел во сне яхту.