– Выходи. К бойницам. Живо.
Я поднялся на подгибающихся коленях, лицом в дверь.
Чья-то тень легла поперёк прохода, странно маяча в пыльном облаке.
– Кто?
Как-то вдруг, точно склубившись в пыли, возник человек, тот, с портфелем: бородка, выставившись вперёд, любопытствующе ёрзала вправо-влево, будто обыскивая стены, облепленные глухо заворочавшейся под серым сукном человечиной. Меня ударило кровью в зрачки.
– Прочь, – крикнул я и поднял приклад: – прочь отсюда.
Бородка, дёрнувшись вправо-влево, втянулась в лицо; лицо в пыль: проход был свободен.
V
Отбили. Опять срасталась рваная паутина проволоки. Опять зачавкали о землю лопаты.
– А чудак-то наш отчудил. Видали?
– Какой чудак?
– Да вон там…
Шагах в сорока от землянки среди алых пятен мака – чёрный портфель с расшвырявшимися листками бумаги. Рядом с портфелем – человек, лицом в траву, локти острятся кверху, будто подняться хочет, а не поднимается.
Подошёл – тронул: труп. Да, он.
Ну что ж, и ему на телегу: к «теме».