Гюльзар. А-а-а. А почему это он перед тобой заискивает?
Адиля. Через два года он уйдет на пенсию. Так вот, уже сейчас стелется передо мной, чтобы потом Халил помог ему с пенсией. Иногда он у меня спрашивает: "Адиля, ваш муж по-прежнему работает в министерстве социального обеспечения?"
Гюльзар. Бедняга.
Адиля. Все мы бедняги.
Гюльзар. Не говори...
Единственное. Ибрагим! Перерыв кончился.
Ибрагим. Сию минуту, товарищ Единственнов.
Гюльзар. Ну, ладно, Ада, мы пошли.
Адиля. Хорошо, привет.
Гюльзар. Да, забыла сказать, я ведь опять документы в институт подала... На заочное. Помоги, аллах.
Адиля. Аллах поможет, дожидайся...
Зулейха. До свидания, Ада. Куплю джерси, вечером принесу показать.
Адиля. Хорошо.
Почтовый зал постепенно заполняется людьми, вновь начинают шуметь аппараты. Единственнов, понаблюдав за Адилей со стороны, подходит к ней.
- Так вы говорите, сегодня утром познакомились с товарищем Ивановым?
Адиля. Да-а-а...
Единственнов.її Выїї говорите,її онїї откуда-то...її сверху?
Адиля. Да. А что?
Единственнов. Вы сегодня с утра не в духе, товарищ Адиля. Может быть, еще что-то произошло? Вы знаете, я всегда близко к сердцу принимаю ваши заботы...
Адиля. У меня, кажется, свекор помер, товарищ Единственнов.
Единственнов. То есть как это - кажется? Официально скончался?
Адиля. Нет, официально нет.
Единственнов. Опять вы меня разыгрываете. Я прошу вас, товарищ Адиля... И когда вы только повзрослеете...
Обидевшись, Единственнов удаляется. Адиля механически обслуживает посетителей. И вдруг происходит что-то необычное для почтового отделения: какой-то человек во фраке со скрипкой проходит к нише в стене, устраивается там и начинает играть. Никто его не видит и никто не слышит его игру.