Приглядевшись, заметишь и молодых богатых бездельников с опустошенными глазами, и пожилых, вконец опустившихся людей, подивишься методично быстрому росту цен, особенно на продукты и всяческую' обслугу, увидишь многочисленные демонстрации трудящихся и бурные собрания различных политических группок и группочек -город клокочет в социальной буче, и хочется разобраться, понять, что в ней к чему. Очень интересно было бы исследовать, например, одно поразительное противоречие шведской действительности, выраженное в сухих цифрах статистики: в этой стране очень высокая средняя продолжительность жизни и чрезвычайно большой процент самоубийц. Однако я взял сегодня иную тему, требующую постепенного знакомства с нею и неспешных выводов...
В облике шведской столицы присутствует нечто такое, что не бросается в глаза, не кричит, не надоедает назойливым повторением, но входит в тебя естественно и просто, и ты становишься немножко другим и теперь всегда будешь этой особенностью вспоминать Стокгольм, выделяя его из длинного ряда больших городов. Даже не знаю, как это назвать. Точнее всего, наверно, словом, которое совсем недавно вошло в наш обиход, и вошло прочно, хотя означает если не расплывчатое, то довольно широкое понятие, не имеющее пока научного определения,- среда. Раньше мы говорили "природа", "охрана природы", сейчас говорим "среда", "защита среды", имея в виду все. окружающее нас, в том числе искусственную, рукотворную природу, суммарные условия существования человека.