Опять пойдут неловкие стихи, Чуть-чуть литературщины, тоски. Когда-нибудь коснешься тех же мук, И городских элегий новый звук Опять взлетит. Ну вот и цель и хлеб: К своим шагам примеривать их цепь, К свой судьбе и поперек и вдоль У всех у них одна и та же боль.

ГОРОДСКАЯ ЭЛЕГИЯ (романс Усталого Человека)

Осенний сумрак листья шевелит И новыми газетами белеет, И цинковыми урнами сереет, И облаком над городом царит И на мосту троллейбус тарахтит, Вдали река прерывисто светлеет,

И аленький комок в тебе болеет И маленькими залпами палит. И снова наступает забытье, И льется свет от лампы до бумаги, Глядят в окно на странное житье Пугающие уличные знаки. Комком бумажным катится твой век Вдоль подворотен, вдоль по диабазу И в закоулках пропадает сразу. А ты смотри, ты все смотри наверх.

Хоть что-нибудь увидишь в небесах, За новыми заметишь облаками ... Как страшно обнаружить на часах Всю жизнь свою с разжатыми руками И вот понять: она - нам забытье, Что не прожив ее четвертой части, И вовсе отказаться от нее.

13

(комментарий)

Читатель мой, куда ты запропал. Ты пару монологов переспал, Теперь ты посвежел, сидишь, остришь, А вечером за преф или за бридж, От нового романса улизнешь, Конечно, если раньше не заснешь. Так, видимо, угоднее судьбе, О чем же говорю я, о себе? Пожалуй, нет. Привычно говорю, Ведь я и сам немногое дарю, Привычно хлопочу: читатель где! И кажется читаю в пустоте.

Горюй, горюй, попробуем сберечь Всех персонажей сбивчивую речь, Что легче, чем сулить и обещать, Чем автора с героями смешать, Чем вздрагивая, хныкая, сопя, В других искать и находить себя. Горюй, горюй, сквозь наши времена Плывут и проплывают имена Других людей, которых нам не знать, Которым суждено нас обогнать Хотя бы потому, что и для нас Трудней любить все больше каждый раз.

Итак, за сценой нарастает джаз, И красные софиты в три луча Выносят к рампе песню скрипача.

14

РОМАНС СКРИПАЧА

Тогда, когда любовей с нами нет, Тогда, когда от холода горбат, Достань из чемодана пистолет, Достань и волоки его в ломбард.