Серж. Все равно ты сволочь!

Трубецкой. Люблю, потому что ты несчастен, как и твой монарх.

Серж. Ты больше, чем сволочь!

Трубецкой. Давай водки выпьем?

Серж. Давай... Только ты не решай за меня, счастливый я или несчастливый.

Трубецкой. Мне иной раз кажется, что у тебя под пиджаком голое тело. Только воротничок, манишка и манжеты. Хорошо, если чистые.

Серж (доставая из сумки бутылку водки). Давал бы ты платные уроки самбо, был бы в порядке, а то факультатив в школе ведешь... К тебе ходят только бездарности... Все эти поганцы мнят из себя гениев... Все Гамлеты, Джульетты и Роберты де Ниро... И надо же удумать школу с театральным уклоном, в артисты с малолетства готовить! И вот ведь поганцы - все они личности, их не тронь... Как бы не задеть ихнего самолюбия!... Они ведь творцы, для высокого призваны!.. Что им мы с тобой!.. Подумаешь, учитель физкультуры и географии! Тут искусство, а не глупости!

Трубецкой. Не-ет!.. Меня уважают. Чувствуют во мне князя.

Серж. Силу твою любят, но не уважают, если на то пошло! Мускулатуру... Но я-то... Тебя хоть любят, а я вообще никто... Эти козявки противные!

Трубецкой. А с чего они должны уважать кого-то! За что? За усы и вставную челюсть?.. Мы их должны уважать, а не они нас.

Серж. Это за что?

Трубецкой. За то, что у них зубы свои. В них мир, целый всеобъемный мир, которого нам с тобой, сколько ни напрягайся, не понять!.. Для нас обыкновенная вещь, для них - вселенная! Все предельно просто... У меня мальчишка из второго класса отрабатывал прием с чучелом, ахнул его об пол, да так, что обшивка лопнула, оттуда опилки на пол, мальчишка в слезы, задыхается... "Я его убил! Убил!.." Полчаса пришлось успокаивать, даже подзатыльник дал, пока он не понял, что оно - не живое... Потом он неоднократно грохал об пол чучело, но ему было уже наплевать... Равнодушие. Мир для него стал другим, он стал воспринимать его, как мы... Я разрушил его мир!..