- Что значит свободный человек?

- Он свободен от всех благ и на этом и на том свете; он свободен от куска хлеба, от здоровья, от друзей, от жены и детей, от всех радостей жизни...

- Мне кажется, пане Шолом-Алейхем, что тут в вас уже говорит желчь, вы даже залезаете в дебри нетерпимости. ...Нехорошо это. Не к лицу еврейскому писателю, который пишет для народа, так обрушиваться на евреев. Еврей обязан все в жизни принимать с любовью и три раза в день произносить...

- "Все к лучшему"?

- Конечно! Все к лучшему! А что было бы, если бы вы и того не имели? Какой вид мы имели бы среди народов, если бы сбросили с себя наш единственный кафтан? Разве есть у нас, кроме нашей литературы, иная одежда, чтобы покрасоваться в ней перед миром?

- Быть может, вы и правы.

- Как это "быть может"? Наверняка! Но давайте поговорим о чем-нибудь более веселом.

- О поминках?

- Не то. У меня к вам...

- Просьба? Пропечатать кого-нибудь в газетах?

- Боже сохрани! У меня к вам небольшое дело.

- По части сватовства?

- Нет... А впрочем, да, по части сватовства.

- Кто жених? Откуда невеста?

- Жених в Егупце, невеста в Варшаве.

- Далековато для сватовства. Как же их звать?

- Невесту звать "Юдишес фолкс-цайтунг", а жениха - Шолом-Алейхем. Нравится вам план?

- Недурно. Только бы...

- Что "только бы"?

- Только бы... Ничего...

- Не люблю недомолвок. Скажите, что вас смущает?

- Что может меня смущать? Ничто ни капельки не смущает меня! Одним словом, чего вы хотите?

- Хочу я вот чего. Раз я еврейская газета, а вы еврейский писатель, я хочу, чтоб вы писали, а я печатал.

- Что же мне писать?