"Эй, -- сказал я, -- хуя вы ноете... Тут полным-полно еды?!"

"А! -- разочарованно протянул Жигулин. -- Ее же нужно готовить".

"Но ведь ты жаловался, что целый день не ел... -- удивился я. И, увидев в холодильнике бутылки пива, попросил: -- Можно, я возьму пива?"

"Конечно, возьми. Чего спрашиваешь. Там и вобла есть. Хочешь воблы, Лимонов? Настоящей? Только ты умеешь ее разделывать?"

Кто же отказывается от воблы? И что же ее разделывать... Содрал шкуру, и готово... Иногда Жигулин вел себя как ребенок.

"Пожалуй, и я с тобой выпью пива с воблой, -- решил Жигулин, поглядев на воблу и пиво, которые я принес и водрузил на журнальный столик. -- Только давай подстелим газету на столик, а то все сейчас будет засрано воблой".

Его предложение имело смысл. Так мы и сделали. Я очистил воблу, и мы стали с удовольствием жевать жирную сушеную рыбу, запивая ее пивом. Маленький Эдвард сидел на другом диване, далеко у окон, в глубине зала и каждые несколько минут звонил куда-нибудь по телефону, всякий раз бросая с раздражением трубку.

"Какой мудак, кроме нас, останется на уик-энд в Манхэттане... -философски заметил Жигулин. -- Все бляди давно сидят в Сауфхэмптонах и нюхают кок. Послушай, Эдвард, оставь в покое телефонный аппарат и пойди лучше купи несколько бутылок пива в деликатессен на углу".

"Но френд-герлс..." -- начал маленький Эдвард. "Ты не волнуйся, мы поговорим с френд-герлс", -- заверил его Жигулин. Маленький Эдвард неохотно встал и вышел.

"Хочешь кокаина?" -- спросил меня Жигулин. "Да, -- сказал я. -- Что за вопрос". Жигулин встал, пошел к кухонному буфету и откуда-то с верхних его полок достал блюдце. Принес и поставил передо мной. На блюдце там и сям, линиями и бесформенными образованиями, белел "вайт сноу". Я взял трубочку, лежащую тут же на блюдце, и приложил ее к ноздре. Втянул. Потом ко второй ноздре. Кокаин пах пылью. Почти тотчас же раздался гудок интеркома.