Но где это было? Когда?

И вдруг он сразу вспомнил.

Мама. Она еще тогда была жива. Да. Это была мама. Это была темная комната. Нарочно темная. Был солнечный день, но в комнате нарочно закрыли ставни и даже занавесили окно темным клетчатым пледом.

Мама сидела перед туалетным столиком и каучуковым гребешком расчесывала распущенные волосы. Волосы у мамы были длинные, пышные, темные. Петя был совсем маленький. Может быть, ему тогда было три года. В комнате было почти темно, и мамины волосы казались еще длиннее, пышнее, темнее. В неполной темноте мамины волосы казались совсем черными, даже смолистыми. Мамины глаза лукаво блестели из темного зеркала. Тут же стоял папа в сюртуке и посмеивался.

Мама расчесывала волосы каучуковым гребнем, и они смолисто трещали, осыпанные синими искрами. Мама протянула Пете гребешок. Петя не успел его взять. Из гребешка с легким треском выскочило несколько синих искр. Петя с испугом отдернул руку. И тогда в первый раз было произнесено волшебное слово "электричество". Его произнес отец...

- Ты что здесь делаешь? - сказал физик, заметив наконец Петю. - Ты опоздал?

- Я сегодня ел снег, - машинально сказал Петя. - И я заболел. У меня жар. Доктор велел идти домой.

Петя показал записку.

- Ну так что ж ты стоишь? Иди.

Петя сделал несколько шагов к своему месту, но вдруг остановился, не в силах отвести очарованных глаз от электрической машины.

- Николай Николаевич, - жалобно сказал Петя, показывая пальцем на палочки с медными шариками, между которыми проскакивала искра. - Что это за штучка?

- Это индуктор и дедуктор. Ну, ступай. Раз ты болен - забирай учебники и ступай домой.

- Индуктор и дедуктор, - горестно прошептал Петя.